Респонденты моложе 30 лет отдавали явное предпочтение таким занятиям, которые гарантируют «достижения» и позволяют «работать с приятными людьми». А респондентов более старшего возраста намного сильнее привлекала работа, которая была (или казалась) «надежной» и «хорошо оплачивалась». Другая возникшая в то время на Западе тенденция — это желание лично участвовать в формулировке тех задач, которые человеку придется решать на работе, т.
е. сделать ее более осмысленной. Эта тенденция тогда наиболее ярко проявилась среди молодых научных работников, но, как считал Инглхарт, она постепенно распространялась на другие социальные эшелоны и возрастные когорты западных обществ.
Что касается Германии, то аналитики не приняли на веру тезис о «тихой революции» ценностей. Но, несмотря на все дискуссии и возражения, в 1980-е гг. многие социологи сошлись во мнении, что в общем и целом ценностные ориентиры в западных обществах действительно претерпели глубокие изменения. В частности, установки на послушание и лояльность [на работе] утратили свою прежнюю значимость; люди все больше и больше сосредотачивались на самореализации [в процессе труда] и на удовлетворении своих потребностей. Однако, в отличие от Инглхарта, немецкие исследователи, такие, как Хельмут Клагес, не признавали, что в Западной Германии произошел линейный переход «от одного к другому».
