Итак:
Дисциплина и физическая сноровка имели классовую специфику, а также межклассовые смыслы и спектры представлений. Внутри рабочего класса дисциплина была важнейшим водоразделом, отделявшим тех, кто представлял «чтимый рабочий класс» (то есть «всеми уважаемых рабочих»), от немалого числа остальных. Красноречивые признаки этого разделения наглядно проявлялись во время празднеств, но также и в повседневном общении: отчетливые различия между неквалифицированными рабочих, с одной стороны, и квалифицированными и высококвалифицированными, с другой, — по месту проживания, а также на рабочих местах.
Стороннему наблюдателю, представителю других классов и иной среды, эта негласная упорядоченность на работе оставалась невидимой. Это еще больше усиливало важность форм ее (репрезентации внешнему миру. Так, например, упорядоченные шествия на демонстрациях 1 Мая были больше, чем просто тактической уступкой средним классам. Когда в кайзеровском рейхе немецкие рабочие появлялись в формированиях военизированного типа, они заслуживали похвалу как в социал-демократических газетах, так и в буржуазной прессе .
Год за годом (до 1914 г.) социал-демократические плакаты ко дню 1 Мая призывали своих последователей понять, что освобождение «из оков [эксплуатации]», преодоление нужды, избавление от работы на износ и бедности требует не упразднения, а увеличения промышленного труда .
